03. 05. 2019

«Пусть город отдаст объект УКСу — мы оплатим достройку». Почему дольщики долгостроя «СКВИЧа» в Каменной Горке до сих пор не получили свои офисы

Жилой дом в Каменной Горке однажды превратился в очередной долгострой. Позже само жилье с горем пополам все же достроили, однако офисы на 1-м этаже и подземный паркинг до сих пор не ввели в эксплуатацию — несмотря на то, что будущие владельцы полностью оплатили работы. Почему строительство остановилось, что мешает его возобновить и о чем предприниматели просят власти Минска? Realt.by пытается разобраться в юридическом тупике.

Жилой дом в Каменной Горке однажды превратился в очередной долгострой. Позже само жилье с горем пополам все же достроили, однако офисы на 1-м этаже и подземный паркинг до сих пор не ввели в эксплуатацию — несмотря на то, что будущие владельцы полностью оплатили работы. Почему строительство остановилось, что мешает его возобновить и о чем предприниматели просят власти Минска? Realt.by пытается разобраться в юридическом тупике.

Фото: Павел Садовский

Где расположен объект?

Многострадальный объект находится в Каменной Горке-2 по адресу: улица Нёманская, дом 80. Это самый центр густонаселенного района: на перекрестке улиц Нёманской и Налибокской сходятся транспортные пути сразу 3 микрорайонов: 2-й, 3-й и 4-й Каменных Горок.

Поблизости расположены торговые центры, несколько школ и детских садов, детская поликлиника. Однако в районе очевидная нехватка сервисов шаговой доступности, а также парковочных мест. Таким образом, жилой дом с офисами, магазинами и паркингом на оживленном перекрестке может быть популярным местом среди местных жителей, следовательно — выгодным для ведения бизнеса.

Фото: Павел Садовский

Как все начиналось?

Земельный участок под строительство дома выделили в 2008 году. Возводить дом футбольный клуб «СКВИЧ» начал в 2011 году, подрядчики несколько раз менялись: дело «Алзеты» продолжил «Гербелинтертранс», затем — «Монолиттрансстрой». Когда дом был на стадии котлована, застройщик предложил всем желающим заключить договоры долевого строительства коммерческих помещений на 1-м этаже.

Изначально сдать дом в эксплуатацию должны были в конце 2013 года, причем единым комплексом: и квартиры, и офисы — так записано в договорах дольщиков. Но затем срок сдачи дома перенесли на 2014 год, а потом президент распорядился разобраться с недостроями.

Власти Минска отправили на строительную площадку нового подрядчика — «Стройтрест №7» — и дали ему кредит на 25 миллиардов неденоминированных рублей. По расчетам, этой суммы должно было хватить на достройку дома. Позже объект разделили на 2 пусковых комплекса: вначале «Стройтрест» должен был достроить жилой дом, затем — коммерческие помещения.

Фото: Павел Садовский

Что получилось?

— Жилой дом сдавали 31 декабря 2014 года,  описывает ситуацию один из пострадавших предпринимателей Дмитрий Как у нас принято, именем революции: закрывали глаза на множество недоделок, а как подписывали процентовки и все остальное  одному Богу известно.

Сдав жилье в эксплуатацию, «Стройтрест» в течение пары недель покинул строительную площадку. С дольщиками подрядчик не общался: мы приехали и обнаружили, что 1-й этаж с офисами даже не законсервировали. Зато высшему руководству страны доложили наверх: дом сдан в эксплуатацию, проблема с долгостроем решена.

Фото: Павел Садовский

Как объект выглядит сейчас?

Впервые Realt.by побывал на объекте в октябре 2016 года. Тогда 1-й этаж дома выглядел удручающе: фундамент размыло, подземный паркинг затопило. Дети играли рядом с котлованом глубиной 4 метра, здесь же некоторое время ютились бездомные. Козырьки подъездов новостройки протекали по стенам и разрушали штукатурку. Двор был похож на строительную площадку.

В феврале 2019 года [после этого в подготовке материала наступила затяжная пауза из-за ожидания комментариев еще одной стороны конфликта, поэтому публикуется текст только сейчас, когда мы перестали надеяться, что дождемся ответов на наши вопросы, -- прим. ред.] ситуация на объекте визуально изменилась мало. Коммерческие помещения депрессивно зияют голым бетоном  правда, в некоторых местах вставили окна. На стенах подъездов видны подтеки, повсюду грязь. Впрочем, к нашему приезду во двор прибыла бригада рабочих, которые активно начали собирать мусор.

Вход в подземный паркинг частично огорожен, однако преодолеть ограждение не составляет труда. Возле недостроенных офисов предпринимателей встретила другая бригада рабочих. Они выносили мусор и воспротивились приходу дольщиков. По словам рабочих, находиться на недостроенном объекте опасно.

Фото: Павел Садовский

Ведущий инженер ЖЭУ-9 Сергей Миланов разъяснил: ответственность за недостроенные помещения несет управляющий Павел Бухвалов, фирма «Правовой аспект».

 Дом находится на гарантии, мы не имеем права влезать в помещения. Мы постоянно осматриваем территорию, мы выиграли тендер по уборке территории.

 Почему вы не пускаете нас в наши помещения? недоумевают бизнесмены Мы хотим поднять резонанс в СМИ, чтобы поскорее решить нашу проблему!

 Помещение не достроено. Вы не имеете права находиться в техническом помещении,  ответил Сергей Миланов.  На вас может что-нибудь упасть.

 Здесь все заросло травой, торчит арматура,  возмущаются жители дома.  Почему никого не беспокоит, что здесь бегают дети?

 Как вы допускаете, что ваши дети бегают по стройплощадке?  возразил инженер.

 Я не о своих детях говорю! Рядом переполненная школа, куда приходят дети со всего района. Дети не ищут проблем, они просто играют.

Ведущий инженер ЖЭУ-9 Сергей Миланов (справа). Фото: Павел Садовский

Одна из жительниц дома пожаловалась на санитарное состояние жилья.

 Мы задыхаемся от сероводорода! Купили элитное жилье по 1350 долларов за квадратный метр, но не можем здесь жить  почему? Мы дышим фекалиями!

Житель соседнего дома №17 по улице Налибокской Владимир негодует из-за отсутствия благоустройства.

 Сдали дом, открыли поликлинику, а до сих пор не могут привести двор в порядок. Все побросали и пропали. Ни пройти, ни проехать.

Состояние двора (а по сути, его отсутствие) тревожит многих.

 Отдыхать негде, для детей нет ни качелей, ни каруселей. Обойти дом справа мешает строительный забор. При обходе слева натыкаемся на лужи, которые в мороз превращаются в лед.

Фото: Павел Садовский

Кто за что отвечал при строительстве?

Подрядчика в свое время сменили в соответствии с постановлением Совета министров №1056 от 10 ноября 2014 года, поясняет Дмитрий: «Стройтрест №7» заключил со «СКВИЧом» договор подряда. В 2015 году бизнесмены обратились к властям Минска с предложением сменить и застройщика. Дмитрий обращает внимание: основания для смены застройщика перечислены в постановлении №1056 и в указе президента Беларуси №263 от 6 июня 2013 года.

Основанием для смены застройщика в случае долгостроя на Нёманской дольщики назвали бездействие исполнителей работ: руководство застройщика («СКВИЧа») находилось под следствием, а главный подрядчик («Стройтрест №7») в одностороннем порядке сложил с себя обязательства и покинул строительную площадку, не осуществляет гарантийных обязательств по дому и не вступает в диалог с жильцами.

Фото: Павел Садовский

Город: «Менять застройщика нецелесообразно»

Власти города предположили, что до суда над руководством «СКВИЧа» принимать решение о смене застройщика нецелесообразно. Жители дома писали множество обращений в санстанцию, пожарным и другим службам, так как дом сдали с нарушениями по всем фронтам, утверждает Дмитрий. В августе 2017 года суд вынес приговор: руководство «СКВИЧа» отправили в тюрьму. После этого городские власти повторили: менять застройщика нецелесообразно.

 Во время разговора в Мингорисполкоме чиновники выразили опасения, что если дольщики откажутся платить, новый застройщик понесет убытки,  вспоминает Дмитрий.  Мы предложили разработать нормативный документ для защиты нового застройщика от рисков. Мы готовы были оплатить достройку наших помещений, а новый застройщик мог бы даже получить прибыль от продажи оставшихся помещений. Если вдруг кто-нибудь из дольщиков захотел бы вернуть деньги, он бы получил их только после продажи застройщиком соответствующих помещений.

Власти ответили: один из кредиторов «СКВИЧа» подал на него заявление в Экономический суд, который может запустить процедуру о признании клуба банкротом. Мингорисполком  один из кредиторов «СКВИЧа» и в письмах дольщикам указывал на возможность запуска процедуры его банкротства и со стороны городских властей. Однако по закону инициировать эту процедуру вправе только Экономический суд, отмечает Дмитрий.

Дмитрий – один из пострадавших дольщиков. Фото: Павел Садовский

Как поступили предприниматели?

Предприниматели обратились в суд, который первоначально встал на их сторону, объясняет Дмитрий.

 Суд признал наши права на строительные материалы. Заключая договоры долевого строительства, предприниматели вносили застройщику денежные средства, а застройщик обязался передать дольщикам коммерческие помещения. Соответственно, каждому дольщику принадлежит пропорциональная доля материалов, используемых в строительстве этих помещений.

Однако после этого «Стройтрест №7» подал заявление о признании «СКВИЧа» банкротом. Экономический суд запустил процедуру банкротства и назначил антикризисного управляющего объектом. Город объявил о снятии с себя обязанностей перед жильцами и дольщиками и порекомендовал им обращаться к управляющему.

Фото: Павел Садовский

Вскоре управляющий добился через суд отмены решений о признании за дольщиками прав на строительные материалы, жалуется предпринимательница Ольга. При этом управляющему удалось отменить решение суда спустя полгода, хотя законный срок обжалования решения  месяц.

— Мы обратились за независимой экспертизой в ООО «Судебно-экспертная экспертиза». Я заплатила за официальное заключение с фотографиями 1800 рублей. Тем не менее, Экономический суд отказал нам в праве считаться собственниками стройматериалов. Мы дошли до Верховного суда, но летом нам отказал и он. Судебные издержки в сумме обошлись мне в 8000 рублей.

В сентябре 2012 года на месте района было пустое поле. Дом находился на стадии котлована, я поверила застройщику и, будучи беременной, полностью внесла оплату моего будущего помещения: оптики площадью 76 квадратных метров. Моей дочке пошел уже 7-й год, а я до сих пор не считаюсь даже владелицей стройматериалов. Не давать достроить помещения  маразм: уже начал разрушаться дом, разрушаются и люди.

Фото: Павел Садовский

Управляющий действует строго в рамках закона, комментирует Дмитрий.

— Управляющий не имеет права предоставлять какие-нибудь привилегии одним участникам процедуры по сравнению с другими. Иначе говоря, управляющий не вправе возвышать дольщиков над кредиторами, ставить дольщиков в особые условия.

Законодательство Беларуси о банкротстве не предоставляет статуса «дольщик»: вы кредитор или никто. В Беларуси дольщик не является внеочередным кредитором, как это происходит в странах Балтии или в России. Мы не можем претендовать в преимущественном порядке на компенсацию наших затрат, нашего имущества.

Фото: Павел Садовский

О каких помещениях речь?

Согласно проекту, офисы и магазины должны были открыть на 1-м этаже жилого дома. Суммарная площадь коммерческих помещений  4000 квадратных метров, рассказывает Дмитрий: самое маленькое помещение занимает 40 «квадратов», самое большое  600.  Стоимость помещений  от 80 до 500 тысяч долларов.

 Дольщики оплачивали помещения в разные годы, с 2011-го по 2013-й: в зависимости от курса рубля кто-то заплатил 1500 долларов, а кто-то  2000 долларов за квадратный метр. Вначале большие помещения продали подешевле, потом маленькие можно было купить дороже — по 2000 долларов за «квадрат».

Фото: Павел Садовский

В доме есть еще 2-уровневый подземный паркинг: нижняя отметка -7,5 метра от уровня земли. Паркинг был рассчитан на 96 машиномест, но пока он затоплен, там продано лишь одно парковочное место. В подвале еще хотели оборудовать фитнес-центр, добавляет Дмитрий.

 Наличие в доме подземного паркинга актуально для Каменной Горки и всего Минска, ведь район и город перегружены автомобилями. Во дворе нашего дома лишь 11 парковочных мест  и это на 300 квартир! Жители 3 домов готовы были купить место в паркинге, да и сейчас не отказываются от этой затеи. Да и мы, дольщики, не против.

Всего в коллективе 20 дольщиков, из них 16  физические лица. Они хотели развивать собственный единственный бизнес: детский развивающий центр, аптека, оптика, стоматология, пиццерия, мастерская, цветочный магазин. До сих пор в квартале не хватает заведений сферы услуг, замечает Дмитрий. Недавно появились торговые центры, но в них в основном лишь продуктовые магазины.

Фото: Павел Садовский

Значит, бизнесмены недоплатили за строительство офисов?

Согласно договорам долевого строительства предприниматели внесли все средства в полном объеме, утверждает Дмитрий.

 Мы вносили деньги застройщику под гарантии указа президента №263. Никто никому не отдавал ничего в руки: мы перечислили деньги на специальный счет. Оттуда деньги уходили исключительно на строительство дома: иных целей расходования средств не обнаружил даже Следственный комитет, который вел дело управляющего Павлова. Его заключение в тюрьму напрямую не связано с нашей проблемой: все перечисленные нами деньги находятся в этом доме.

В указе №263 предусмотрели защиту интересов дольщиков наравне с правами потребителей в соответствии с законом Беларуси №90-З от 9 января 2002 года (изменения и дополнения внесли законом Беларуси №111-З от 13 декабря 2018 года — прим. авт.). В указе №263 четко сказано, какие действия должна предпринимать исполнительная власть для защиты прав дольщиков.

В противоречие указу №263, законодательство о банкротстве не содержит указаний об особом статусе дольщиков: их ставят в одну очередь с кредиторами. Да, они тоже потерпевшие, но я не считаю, что это одно и то же. Дольщики  физические лица, которые зачисляют на спецсчет свои собственные средства, которые тратятся на строительство объекта. Кредиторы  коммерческие организации, которые сотрудничают с застройщиком  другой коммерческой организацией. Отождествлять дольщиков и кредиторов несправедливо.

Фото: Павел Садовский

Хорошо, тогда почему денег на строительство офисов не хватило?

Всему виной экономический кризис: и мировой, и белорусский, предполагает Дмитрий.

 В 2006 году футбольный клуб «СКВИЧ» согласно указу президента Беларуси осуществлял инвестиционный проект: возводил 4 дома и должен был построить в Каменной Горке спортивный комплекс, в котором появились бы футбольный центр, гостиница и административные помещения. Но вскоре грянул кризис, произошла девальвация рубля. Деньги обесценились, испарились. Было очевидно, что достроить наш дом застройщик не сможет.

Государство могло бы помочь «СКВИЧу»: все-таки, футбольный клуб  тогда у нас строили и хоккеисты, и теннисисты. Однако государство поступило жестко: у «СКВИЧа» забрали площадку под футбольный центр, в которую клуб уже вложил 6 миллионов долларов. Забрали площадку под один из жилых домов и спортивный комплекс: без какой-либо компенсации, долго не объясняя, что к чему. По сути, власти бросили застройщика и дольщиков один на один с недостроем.

Мало того, «СКВИЧ» до сих пор не заплатил «Минскпроекту» за разработку проектно-сметной документации. Без нее Фрунзенский райисполком отказывается давать разрешение на проведение строительных работ. Долг «СКВИЧа» «Минскпроекту» оценили в 1,2 миллиарда рублей (до деноминации), или 120.000 рублей в сегодняшних ценах.

Фото: Павел Садовский

Может,  добавить денег на достройку помещений?

Управляющий не имеет права привлекать дополнительное финансирование до достройки объекта, поясняет Дмитрий.

 На момент запуска процедуры банкротства наши помещения юридически являются стройматериалами, так как строительную площадку не законсервировали. Согласно статье 220 Гражданского кодекса любое строение до его регистрации считается стройматериалами. А в Минском городском агентстве по государственной регистрации и земельному кадастру объект никто не регистрировал.

На общем собрании кредиторов объект решили выставить на аукцион. Первоначальная сумма лота составила около 15 миллионов рублей, в течение года сумма неоднократно снижалась и сейчас равняется 3,5 миллиона рублей. Однако продать объект нельзя: это незаконсервированное строение, и к нему не прилагается земельный участок. Прошло уже 6 аукционов, но без консервации и без земли этот объект и даром никому не нужен.

Фото: Павел Садовский

Согласно процедуре банкротства, имущество застройщика выставляют на аукцион, продолжает Дмитрий.

 При этом никто не вникает в ситуацию, поэтому торги проводят, по сути, вхолостую.

Если имущество банкрота длительное время не могут продать с молотка, то объект переходит в собственность города. Однако наши офисы не объект недвижимости, а стройматериалы, движимое имущество. По закону город даже не может его забрать. По сути, чтобы решить нашу проблему, нужно вносить поправки в законодательство.

Если ничего не изменится, через 5 лет дом придет в катастрофическое состояние. Городу придется спасать людей и тратить на это бюджетные средства, которых и так постоянно нет. Сейчас на достройку объекта нужно потратить 2-3 миллиона долларов, а через 5 лет придется выделить все 10 миллионов. Как чиновники посмотрят в глаза президенту?

Фото: Павел Садовский

Сколько стоит достроить объект?

Никаких дополнительных средств городу привлекать не нужно, замечает Дмитрий: застройщику достаточно продать свободные помещения.

 На объекте с 2015 года побывало несколько комиссий: представители властей Минска и, по нашему приглашению, независимые. Все сошлись во мнении, что на достройку объекта необходимо потратить 2-2,5 миллиона долларов. На объекте до сих пор не проданы 1500 квадратных метров офисов. При рыночной цене за «квадрат» около 1000-2000 долларов суммарная цена помещений достигает 1,5-3 миллиона долларов.

Этих денег с запасом хватит на достройку всего объекта. Если сделать все с умом, дольщики доплатят за достройку своих помещений, а после продажи свободных помещений застройщик получит средства для достройки всего комплекса. Более того, при разумном подходе новый застройщик даже получит прибыль!

Фото: Павел Садовский

А что за казус с землей?

Дом стоит на земле, но юридически ее нет из-за отсутствия регистрации, сокрушается Дмитрий. Сейчас жильцы не платят налог на землю.

 Предполагаемый победитель торгов или сами кредиторы не имеют права получить землю. Согласно указу президента Беларуси №667 от 27 декабря 2007 года, земельный участок под строительство в Минске предоставляют только в 3 случаях: УКСу, инвестору с проектом (в соответствии с указом президента) или победителю аукциона. Получается, забрав объект, нужно выставить землю на аукцион. А как это сделать, если на ней уже стоит жилой дом?

Фото: Павел Садовский

Застройщик не успел законсервировать площадку, так как судебное разбирательство проходило стремительно, говорят предприниматели. Они не хотели, чтобы руководство «СКВИЧа» посадили в тюрьму: надеялись, что застройщик вскоре завершит-таки возведение объекта.

 Мы неоднократно обращались к властям Минска с просьбой определить судьбу земли под домом. Чиновники ответили, что землю, возможно, можно передать товариществу собственников (ТС), и вместе с ним дольщики могли бы достроить свои помещения. Но ТС тоже не существует: председателя и бухгалтера давно нет, правление никак себя не проявляет. Дом обслуживает ЖРЭО.

Согласно уставу ТС, для решения таких глобальных вопросов необходимо согласие всех членов ТС — более 300 квартир. Есть еще проблема с целевым назначением земли: ее могут выделить ТС под обслуживание жилого дома, но не под строительство. Если мы начнем производить строительные работы, получим штраф в 10-кратном размере стоимости аренды.

Фото: Павел Садовский

Как предлагают решить проблему пострадавшие дольщики? 

Единственный возможный вариант выхода из сложившейся ситуации  смена застройщика на государственную или частично государственную компанию, полагает Дмитрий.

 Это поможет решить проблему с выделением земли. Дольщики получат обязательства по оплате и гарантии по достройке помещений. Город сохранит контроль над объектом, поскольку его передача в отступное кредиторам, некоторые из которых не заинтересованы в достройке объекта, вызывает дальнейшие вопросы.

Во-первых, как зарегистрировать стройматериалы? У кадастрового агентства нет оснований для регистрации: это же просто стройматериалы. Во-вторых, как выделить землю? Непонятно, кому и под какие цели. В-третьих, где гарантия, что дольщики, которые продолжат участие в достройке объекта, через несколько лет не придут к той же ситуации, в которой мы находимся сейчас?

Еще пару лет, и в доме могут произойти необратимые разрушения: в подвалах вода, стены трескаются, все рушится и воняет. Есть вероятность, что за это время состояние дома ухудшится настолько, что городу придется потратить куда больше денег на эвакуацию жильцов из аварийного дома.

Фото: Павел Садовский

Что будет дальше?

У бизнесменов к властям Минска только одна просьба: сменить застройщика. Все остальное предприниматели готовы сделать сами, заверяет Дмитрий.

 Мы просим Мингорисполком лишь сменить застройщика или внести нужные поправки в законодательство. Мы не просим государство дать нам денег: мы готовы сами доплатить достройку наших офисов. Даже с учетом того, что в свое время полностью их оплатили. Даже с расчетом, что застройщику и не понадобятся наши деньги, если он просто продаст незанятые офисы. Мы хотим одного: спустя 6 лет въехать в офисы и заняться, наконец, своим делом.

На форумах многие пишут: мол, дольщики сами виноваты, что вбросили деньги в котлован. Этим комментаторам нужно понять: люди вложили честно заработанные деньги для развития своего единственного бизнеса. И эти средства пошли по назначению. Мы не виноваты, что оказались в такой патовой ситуации.

Есть люди, которые готовы платить за нужные работы. Но не хватает людей, которые возьмут на себя ответственность за разрешение ситуации, зашедшей в тупик.  

Фото: Павел Садовский

Управляющий: «Я сделал все, что мог»

Антикризисный управляющий «СКВИЧа» директор ООО «Правовой аспект» Павел Бухвалов подтвердил: «СКВИЧ» проходит процедуру банкротства.

 Общий реестр на данный момент составляет 17,4 миллиона рублей, из них требования дольщиков (ныне уже кредиторов)  3,4 миллиона. Основной кредитор  «Стройтрест №7», его требования составляют 8,6 миллиона рублей. Требования Мингорисполкома  2,65 миллиона рублей.

Объект оказался проблемным, на него поступило множество жалоб, признал Павел Бухвалов.

 Дело авангардное: у нас нет законсервированного объекта, мы продаем с аукциона строительные материалы. Они вложены в строительство объекта, поэтому их нельзя идентифицировать. Объект не подлежит консервации: он представляет собой комплекс из квартир, введенных в эксплуатацию, и коммерческих помещений. Частично законсервировать объект нельзя. Пока люди не убедятся, что объект будет принадлежать им, вкладывать в него деньги никто не станет.

Деньги на достройку объекта требуются большие: ориентировочно 2-2,5 миллиона долларов. Много времени ушло на организацию и проведение аукционов, на судебное производство. Дольщики пробовали доказать в суде их право собственности на строительные материалы. Но суд отказал дольщикам в удовлетворении их требований.

С весны 2017 года состоялось уже 6 аукционов, однако на них не подали ни одной заявки. Оставался единственный вариант: передать объект кредиторам в учет их требований по цене последних торгов: 3,515 миллиона рублей.

Фото: Павел Садовский

Павел Бухвалов полон решимости предоставить предпринимателям возможность достроить свои коммерческие помещения. При этом «Стройтрест №7», по словам управляющего, занял нейтральную позицию.

 Денег на оплату разработанной проектной документации нет. Возможно, ее оплатят дольщики. Я сам уже второй год работаю с этим объектом без вознаграждения. Я не то, что не заработал  я вложил свои деньги, чтобы вести этот объект. Я сделал все, что мог.

Как только управляющий передаст дольщикам права на объект, они сами смогут решить, что с ним делать, отметил Павел Бухвалов.

 Дольщики решат сами: достраивать коммерческие помещения за свой счет или за счет инвестора  либо просто продать их кому-нибудь. Объект передадут дольщикам без дополнительных условий, без согласований: ровно в том виде, в котором он находится сейчас. Возможно, некоторые дольщики захотят вернуть деньги, продав недостроенные помещения. Моя задача  подготовить документы, передать объект дольщикам и завершить процедуры банкротства. Дальнейшая судьба объекта  в руках дольщиков.

Фото: Павел Садовский

«Пусть дольщики сами решат судьбу объекта»

Почему предпринимателей лишили права собственности на строительные материалы? Потому что такое признание ущемило бы права других кредиторов, объясняет Павел Бухвалов: в частности, подавшего ходатайство «Стройтреста №7».

 Право собственности можно установить на материалы, лежащие на чьем-нибудь участке. При долевом строительстве осуществить это нереально: как в многоэтажном здании установить принадлежность несущих стен?

Многострадальному объекту нужен хозяин, подчеркивает управляющий: человек должен понимать, что вместе с правом собственности он приобретает ответственность. Достроить объект за счет продажи пустующих коммерческих помещений едва ли получится, сомневается Павел Бухвалов.

 В течение 6 торгов стоимость объекта снизилась с 12 до 3,515 миллиона рублей. И ни одного заявления! Люди приходят, видят этот ужас, разворачиваются и убегают куда подальше. Рассматривалась возможность достройки объекта или его реализация с торгов. Большинство кредиторов проголосовали за вариант продажи с аукциона.

Фото: Павел Садовский

На данный момент участники процесса заключили соглашение об отступном. 28 марта суд продлил ликвидационное производство на 4 месяца. Управляющий намерен завершить процедуру банкротства. В результате дольщики удовлетворят свои требования, отмечает Павел Бухвалов. Управляющий уверен, что единственная возможность предпринимателей реализовать свои права на коммерческие помещения  попробовать достроить их самим.

Что думает «Стройтрест №7»?

Мы отправили запрос «Стройтресту №7», чтобы узнать мнение подрядчика об этой запутанной ситуации. Представители компании заверили, что ответ готов, однако спустя несколько недель <_span20_l>

 

Источник: realt.by

Хожу, как нищий, в целых джинсах, а на рванину денег нет...

еще

Стоит ли вынести военные парады и салюты за территорию Минска?