: Персона. Стефан Эрикссон: Беларусь несильно привлекает инвесторов

22.02.2012 12:46
Беларусь

Телеграф представляет очередное интервью из рубрики "Персона". Новым ее героем стал шведский дипломат и переводчик, Чрезвычайный и Полномочный Посол Королевства Швеция в Республике Беларусь Стефан Эрикссон.

Эриксон: во мне нет никакого славянства

Я не могу говорить, что я досконально знаю историю своей семьи, но было время, когда я этим интересовался. В основном ближайшие мои предки — это простые шведские крестьяне, жившие в Центральной Швеции.

В юности я пытался по одной из линий узнать глубже о своих корнях. Оказалось это возможным, так как в Швеции сохранились все церковные метрики. И мне удалось по этой линии дойти даже до XV века. Это было очень интересно. По рассказам родственников, у меня когда-то в роду были и валлоны — выходцы из региона Валлония в Бельгии. Их приглашали в Швецию в XVII веке в основном для работы на шахтах.

А из Восточной Европы у меня среди предков никого не было. Никакого славянства во мне нет. Хотя, если искать еще раньше, то, видимо, кто-то и был, так как в более раннее время контакты через Балтийское море были очень тесные.

Эрикссон: в Швеции люди не очень хорошо знают свою историю

К сожалению, в Швеции люди не очень хорошо знают свою историю. Фактически мы уже 200 лет не принимаем участия в никаких войнах. Те же войны, которые произошли раньше, остались довольно далеко в памяти людей. Да, мы воевали с Россией, Польшей (Речью Посполитой — Телеграф), Германией, Данией. Но сейчас эти события мало сказываются на мыслях людей. Возможно, это и хорошо.

посол Швеции Стефан Эрикссон

Но в последнее время в Швеции интерес к истории вырос. Появились писатели, которые пишут на исторические темы. И я считаю, что это хорошо, потому что нужно знать свою историю: и далекую, и близкую. Надо знать и положительные моменты своей прошлого, и негативные. Они, я думаю, есть в истории любой страны.

Эрикссон: Минск мне показался пустым городом

О Беларуси я узнал еще в детстве. Я хорошо помню Олимпиаду 1972 года, когда выступала Ольга Корбут из Минска. О Беларуси тогда, пожалуй, еще не говорили, но то, что она была из Минска, в Швеции все знали.

В Беларусь, тогда еще в Белорусскую ССР, я попал впервые в 1984 году, когда был на стажировке в МГУ в Москве. Я тогда съездил на один день в Минск навестить родственников моего друга. Мне город показался довольно пустым. В нем были большие проспекты и площади, но не так много машин и людей. Сейчас уже другое впечатление, на проспекте Независимости стало гораздо больше автомобилей.

Потом я еще много бывал в Беларуси, особенно в первой половине 90-х, когда я работал в дипмиссии в Москве. Я был здесь и в 1992-м, 1993-м, 1994-м годах. Так что некоторое представление о Беларуси у меня уже на тот момент сложилось.

Эрикссон: в менталитете белорусов и шведов есть общие черты

Любой народ является продуктом своего исторического наследия. У белорусов есть общее наследие и с европейцами, и с русскими. С русскими это, прежде всего, Советский Союз и век в составе царской России. Но перед этим белорусы жили в другом государстве — ВКЛ, и тогда связи были более плотными с Европой, с европейцами. И естественно, что есть сходство в менталитете и с теми, и с другими. Что здесь преобладает, трудно говорить. Но очевидно, что присутствуют черты и тех, и тех.

У Беларуси и России есть нечто общее, но есть и много того, что их отличает. Россия — это огромная страна со своей отличной историей. Даже если взглянуть с географической точки зрения, то страна совсем другая и по площади, и по численности населения. Поэтому и ситуация довольно значительно отличается.

Есть схожие черты у белорусов и со шведами. Хотя, конечно, не все шведы по своему менталитету одинаковы, и не все белорусы. У нас размеры стран и численность населения примерно совпадают. И шведы, и белорусы живут в северной части Европы, это значит, что и климат у нас приблизительно одинаковый. В наших людях присутствует некий, так сказать, покой, кротость. Я бы не назвал ни шведов, ни белорусов очень горячими людьми. У вас эту кротость часто называют терпимостью. Я не думаю, что терпимость очень характерна для шведов, хотя в определенной степени толерантность присутствует и у нас.

На территории Беларуси всегда вместе жили разные народы, устраивались без особых проблем. И, хотя мы и не находимся на таком перекрестке, как Беларусь, но и к нам всегда тоже приезжало много людей из других стран. Они и сейчас продолжают приезжать. Мы стараемся каким-то образом наладить совместную жизнь, и мне кажется, что более-менее это получается.

посол Швеции Стефан Эрикссон


Эрикссон: белорусско-европейские отношения развиваются

Отношения между Беларусью и ЕС все-таки развиваются. Если сравнить их с теми, что были 20 лет назад, когда вообще не было прямых контактов между Европой и Минском, когда все шло через Москву, то стороны сделали много шагов. Несомненно, потенциал для развития этих отношений имеется.

Да, сейчас существуют определенные разногласия между ЕС и Беларусью, действительно, сложно вести конструктивный диалог в то время, как в тюрьмах находятся люди, которые попали туда за свою активную политическую деятельность. Но я надеюсь, что мы сможем договориться и идти вперед, углубляя наши отношения. Я думаю, это очень нужно и Европе, и Беларуси.

Европейский Союз не выступает против кого-то. Он выступает в защиту определенных ценностей, за то, чтобы все страны, в том числе и Беларусь, выполняли те международные обязательства, которые они приняли на себя. Это касается и уважения к демократическим ценностям и правам человека. Мы считаем их универсальными и защищаем их не только в случае Беларуси, но и других стран.

Кому-то кажется, что Европейский Союз более жестко относится к Беларуси, чем к другим странам. Я с этим не совсем согласен. Но, если это и так, то для этого есть свои причины. Беларусь — это страна, находящаяся в центре Европы. Поэтому к ней, пожалуй, и предъявляются более высокие требования, чем к странам, которые находятся дальше от Европы и у которых совсем другая история, совсем другие традиции. Но надо и там об этом говорить. И мы об этом говорим.

Эрикссон: никто не может знать все

Вы хорошо знаете, какие оценки прошедших выборов сделали Европейский Союз и ОБСЕ. Конечно, всегда есть надежда, что что-то изменится и что следующие выборы действительно пройдут по стандартам, установленным в том числе и ОБСЕ. Пока же рано говорить, чем закончатся следующие парламентские выборы. Если честно, я был свидетелем ряда различных избирательных кампаний в Беларуси, но, к сожалению, мои надежды на прозрачные и справедливые выборы до сих пор не сбылись. 

посол Швеции Стефан Эрикссон

С вопросом же бойкота или участия в следующих выборах все партии и движения должны определяться сами. Одной из объективных причин споров по этому вопросу является отсутствие площадки, где различные политические силы могут вести политические дебаты и дискуссии. Этого действительно не хватает. Конечно, интернет-ресурсы создают определенные возможности, но мне все равно кажется, что этого мало для проведения цивилизованных политических дебатов. Притом они должны происходить не только перед выборами, но постоянно в жизни любого государства. Как говорится, в спорах рождается истина. Если споров нет, то это ненормально. Это значит, что что-то не так, ведь никто же не может иметь ответы на все вопросы.

Эрикссон: не надо учреждать монархию в XXI веке

Для меня монархия — это исторический символ Швеции. У нас монархия уже не одно столетие существует, и я лично отношусь с уважением к нашей королевской семье. У нее в современном мире очень сложная работа. Тяжело, когда человек рождается уже для конкретной должности. При этом я хочу подчеркнуть, что у нашего короля фактически нет никакой власти.

Есть у нас и люди, которые считают, что наследственность должностей не совсем соответствует современному обществу. Они заявляют, что стоило бы иметь выборную должность, например, президента. Видимо, со временем мы к этому придем. Я не могу этого исключать, но пока такой вопрос не стоит.

Если говорить о Беларуси, то я думаю, что если уж монархии давно не было, то в XXI веке основать династию — не совсем вовремя. Я считаю, что пост главы государства все-таки должен быть выборным.

Эрикссон: количество шведов в Беларуси растет

За последние годы ситуация с количеством шведов в Беларуси изменилась. Мы открыли полноценное посольство, появились коллеги, у некоторых из них есть свои семьи. Мои же дети уже уехали учиться в Швецию. Так что моя семья уже точно не составляет половины от численности шведов в Беларуси, как это было еще несколько лет назад.

Но в целом шведов здесь все равно довольно мало. В Беларуси живут в основном люди, связанные с посольством. Есть один человек, который преподает шведский язык в университете, есть некоторые бизнесмены, которые здесь обосновались. Остальные же не живут здесь постоянно, только временно.

Что касается количества белорусов, проживающих в Швеции, то я думаю, что их несколько тысяч. Они в разное время попали в Швецию, но большинство приехало в последние 20 лет.

Среди этих белорусов есть и те, кто поддерживает довольно тесные контакты со своей исторической Родиной, кто принимает участие в различных культурных проектах. Это и Дмитрий Плакс, переводчик, писатель, и Андрей Котлярчук, историк, написавший книгу о наших исторических отношениях. В Стокгольме есть белорусская община, которую я как раз посещал в прошлом году.

Эрикссон: у шведов Беларусь ассоциируется с ее политическим строем

посол Швеции Стефан Эрикссон

За последние 20 лет в головах шведов постепенно сложилось понимание, что существует такая соседняя страна Беларусь. Кто-то, видимо, еще немного путает Беларусь с Россией, но я думаю, что большинство все-таки знает о существовании вашей страны.

Ассоциации у шведов с Беларусью, наверное, зависят от их уровня знаний о вашей стране. Шведы вообще интересуются тем, что происходит в разных странах мира, а то, что происходит в соседних странах, естественно, вызывает еще больший интерес. Прежде всего, они знают об особенностях политического строя Беларуси, и это вызывает определенную обеспокоенность у людей. Это факт, это реалия.

Кто интересуется спортом, знает еще что-то связанное с Беларусью. Этому также помогают какие-то спортивные соревнования, где принимают участие, иногда успешно, белорусские спортсмены.

Белорусская литература не очень хорошо знакома шведам, ведь не так много белорусских писателей переведено на шведский язык. Но за последнее время появились некоторые книги. Так, были переведены произведения Бориса Петровича, Артура Клинова, Андрея Ходановича, Светланы Алексиевич, Василя Быкова (часть их произведений перевел сам Стефан Эрикссон — Телеграф). Это не много, но, тем не менее, переводы есть. Я думаю, если белорусская культура будет лучше распространяться, это точно поможет создать в Швеции более полную картину о Беларуси.

К сожалению, сейчас нельзя изучать белорусский язык в высших учебных заведениях Швеции, но я думаю, что есть один-два человека, которые заинтересовались Беларусью и сами стараются выучить белорусский язык. Однако их не много. Чтобы изучать белорусский язык, надо все-таки приехать сюда.

Вместе с тем я думаю, что средний белорус больше знает о Швеции, чем средний швед о Беларуси. Так сложилось. Белорусы знают, например, об Астрид Линдгрен, нашей детской писательнице, книги которой очень популярны на просторах бывшего Советского Союза. Знают белорусы и о наших машинах Volvo, и о нашей мебели IKEA. Так что белорусы довольно много знают. В то же время наша задача — больше рассказывать о Швеции, о шведской культуре, шведском обществе и развивать различного рода обмены между нашими странами.

Эрикссон: 30-40% виз мы выдаем бесплатно

Точных данных за прошлый год у меня нет, но я думаю, что где-то 4-5 тыс. виз мы выдаем ежегодно. И количество выдаваемых виз растет. К сожалению, они пока стоят слишком дорого.

Евросоюз уже сделал предложение Беларуси об упрощении визового режима. Но оно уже более полугода лежит на столе у ​​белорусского правительства. Пока мы ждем ответа. Евросоюз готов обсудить этот вопрос, чтобы у белорусов были те же скидки, что и у граждан России, Украины и других стран бывшего Советского Союза. Цена за визу в 35 евро все-таки ниже 60 евро. И это в определенной степени может увеличить количество посещений белорусами не только Швеции, но и всех стран ЕС.

Взиматьже плату за национальные визы для Беларуси Швеция вряд ли будет. Мы очень редко их выдаем, в основном мы выдаем шенгенские. Для этого есть разные причины. Одна из них — необходимость, чаще всего, добираться до Швеции через другие страны. При этом мы и так где-то 30-40% шенгенских виз выдаем бесплатно. У нас есть возможность при определенных обстоятельствах не взимать консульские сборы.

посол Швеции Стефан Эрикссон

Эрикссон: белорусско-шведским отношениям есть, куда расти

Экономические отношения между Беларусью и Швецией развиваются. 20 лет назад они были практически на нуле. Поэтому, конечно, здесь есть рост. Но, если сравнить размеры торговли и инвестиций Швеции и Беларуси с другими странами (Польшей, Прибалтикой), то, безусловно, есть, куда расти.

Но Беларусь должна сама создавать свой образ, который будет привлекать бизнесменов и инвесторов из Швеции. Это касается законодательства, его применения, но также и общего образа страны. Наши бизнесмены, когда смотрят на другие страны, учитывают различные факторы, прежде чем принимают решение вложить свои деньги.

Трудно говорить, что преобладает в отношениях Беларуси и Швеции: политика, экономика или культура. Присутствует и то, и другое, и третье. И все понемногу развивается. Пожалуй, больше видны какие-то культурные мероприятия, которые проводит посольство.

Так, сейчас в Беларуси проходит Месяц шведской литературы. Уже состоялись некоторые мероприятия. В Беларусь приезжала шведская детская писательница Юя Висландер, которая провела ряд презентаций с детьми и их родителями. Интерес к ним со стороны белорусов был чрезвычайно велик. Мы надеемся, что новые книги, вышедшие в этом году ("Малый и Билан" Юи и Томаса Висландеров, "Мама Му читает" Юи Висландер, "Диктатор" Ульфа Старка), также найдут путь к белорусским детям. Я уверен, что и белорусское посольство в Швеции стремится пропагандировать белорусскую культуру.

Я считаю, задача представителя страны, работающего в посольстве, — делать все возможное, чтобы показывать свою страну, пропагандировать определенные свои ценности, развивать отношения, стараться найти взаимопонимание со всеми людьми. Для меня трудно сидеть и работать только в своем кабинете. Чтобы понять страну, очень важно принимать участие во всем, что происходит в обществе, в том числе в культурной жизни. Если искренне интересуешься страной, где работаешь, тогда и работа становится более интересной.

Но в последнее время мы занимались переездом нашего посольства в новое здание, поэтому у меня ощущение, что я практически нигде не был и только и занимался что строительными делами. Сейчас есть потребность наверстать упущенное.

Эрикссон: ситуация двуязычия в Беларуси непростая

Перед назначением меня в Беларусь я уже знал русский язык и знал, что белорусский язык можно и не изучать, обойтись только русским. Но мне было интересно изучить белорусский язык. И это открыло мне новые пространства, новый слой, дало частично неожиданный для меня самого эффект. Я нисколько не жалею, что принял такое решение. Наоборот, мне это здесь во многом помогло. То, что я говорю по-белорусски, люди воспринимали очень положительно, хотя иногда и с удивлением. И это только больше подталкивало меня к изучению белорусского языка, к совершенствованию своих знаний.

Конечно, ситуация двуязычия в Беларуси не очень проста. Тем более, когда один язык, я имею в виду русский, еще присутствует в соседней стране и имеет сильное влияние на Беларусь, на белорусское общество. Самое главное в такой ситуации, чтобы действительно были равные условия пользования двумя языками. И мне кажется, что здесь есть еще над чем работать, чтобы белорусский язык действительно присутствовал и в делопроизводстве, и вообще в повседневной жизни. Где-то он присутствует, но складывается такое представление, что достаточно ограничено. И здесь, видимо, нужны какие-то меры со стороны правительства, чтобы действительно обеспечить равенство употребления языков. Всегда в таких ситуациях нужно поддерживать язык, который оказался в более сложной ситуации.

Я вижу, что сейчас некоторые меры принимаются, чтобы расширить употребление белорусского языка, но полагаю, что на этом останавливаться нельзя, что этим нужно заниматься, чтобы белорусский язык не стал чужим для младшего поколения. Это, пожалуй, сейчас самая большая проблема, так как растет поколение белорусских детишек, которые фактически не используют родной язык.

Однако я оптимист и думаю, что белорусский язык займет достойные позиции в жизни белорусов. В истории для него были разные тяжелые времена. Но, если язык пережил их, то наверняка выживет и в этой ситуации. Тем более что страна имеет независимость и возможности принимать нужные решения в языковой политике.

посол Швеции Стефан Эрикссон в кресле


Эрикссон: в Беларуси не привыкли слышать белорусский язык

Чаще всего, в ресторанах и магазинах я обращаюсь по-белорусски. В Беларуси люди не привыкли, что в такой публичной ситуации к ним могут обращаться по-белорусски. Иногда первая реакция — удивление. Хотя люди все слова и понимают, но для официанта неожиданно, например, когда просишь "рахунак" или "гарбату". Если же повторишь, тогда уже доходит.

Из чиновников уже многие знают, что я люблю белорусский язык, поэтому все стараются со мной разговаривать по-белорусски. Но бывают люди, для которых говорить по-белорусски уж совсем непривычно, тогда я уже могу перейти и на русский. Но чаще всего я разговариваю в Беларуси с белорусами по-белорусски.

Среди иностранных дипломатов еще тоже есть те, кто понимает белорусский язык и разговаривает на нем. В основном это соседи, славяне, для которых это не так сложно. Правда, с ними мы больше разговариваем по-английски. Но есть некоторые коллеги — польские, литовские, с которыми я с удовольствием могу и по-белорусски пообщаться. С ними это вполне естественно.

Беседовал Максим Гацак

Напоминаем, что ранее гостями нашей рубрики были:

Александр Шпаковский, экс-кандидат в депутаты Минского горсовета, член Совета незарегистрированной организации "Правый альянс" и координатор гражданской кампании по противодействию незаконному обороту наркотиков "Антимак"

Геннадий Давыдько, актер, режиссер и телеведущий, депутат Палаты представителей третьего и четвертого созывов, бывший генеральный директор Национального академического театра имени Янки Купалы, а ныне председатель Белтелерадиокомпании

Мирослав Лазовский, один из лидеров уже несуществующей военно-патриотической организации "Белый Легион" 

Хельмут Фриц Эртель, немецкий ветеран второй мировой войны, который, по его словам, сегодня является убежденным антифашистом и демократом

Владимир Мацкевич, философ, разработчик концепции реформы образования, автор около 50 научных работ, председатель Рады международного консорциума "ЕвроБеларусь"

Игорь Кузнецов, преподаватель, кандидат исторических наук, доцент, исследователь политических репрессий в Беларуси, один из лидеров международного правозащитного общества "Мемориал"

Станислав Богданкевич, экономист, профессор, бывший глава Национального банка Беларуси и почетный председатель Объединенной гражданской партии

Евгений Липкович, блогер, участник "кефирной" и "бензиновой" войн, кандидат в депутаты Минского горсовета

Николай Чергинец, генерал-лейтенант, кандидат юридических наук, бывший начальник угрозыска и управления внутренних дел на транспорте МВД Беларуси, член Совета Республики трех созывов, председатель Союза писателей Беларуси и Совета по нравственности

Виталий Рымашевский, сопредседатель оргкомитета по созданию партии "Белорусская христианская демократия", кандидат в президенты на выборах 2010 года

Алесь Логвинец, неоднократный кандидат в депутаты, советник лидера Движения "За Свабоду" и экс-кандидата в президенты Беларуси Александра Милинкевича