“Только чтобы у нас хватило сил и кадров дожить до конца” — в Витебске увольняют врача, который первым в Беларуси честно рассказал о ковиде

В мае прошлого года, Владимир Мартов рассказал о

В Витебской городской клинической больницы скорой медицинской помощи (БСМП) не продляют контракт с Владимиром Мартовым, заведующий отделением анестезиологии и реанимации. Именно он стал одним из первых врачей в Беларуси, кто еще в апреле 2020 года, не побоялся честно рассказать о том, насколько ковид серьезная проблема.

В мае прошлого года, Владимир Мартов рассказал о своем опыте лечения больных коронавирусом в реанимации. В ноябре доктор дал большое интервью о второй волне инфицированных. Рассказал он о том, что Витебск “полыхал” от ковида меньше, чем весной.

Врач описал новые сценарии болезни и то, как от нее умирали и здоровые молодые люди, и ведущие ЗОЖ. Не промолчал Владимир Мартов и о том, что для врачей в этот раз открылся еще и “второй фронт”- политический, пишет TUT.BY.

Заведующий отделением анестезиологии и реанимации Владимир Мартов в медицине уже 30 лет, но 2 марта должен забрать трудовую книжку. 1 марта доктор получил уведомление от администрации БСМП о том, что с 3 апреля с ним не продляют трудовой контракт, рассказывает TUT.BY со слов Владимира Мартова.

Доктор рассказал, что это не стало для него неожиданностью, но говорить на эту тему более подробно он пока не готов.

Телеграф публиковал откровенное интервью еще одного белорусского врача. В нем также прозвучала тема ковида и заниженой статистики.

Доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач Беларуси, лауреат Государственной премии, член Совета Республики, Олег Суконко дал интервью “Народной Воле”. В разговоре с корреспондентом издания, профессор рассказал о многих наболевших вопросах. О статистике по коронавирусу, о беспрецедентном давлении на врачей, о открытом письме медиков. И главное намерен ли он озвучить требования, прозвучавшие в письме на ВНС, куда должен быть приглашен.

“У нас привыкли всё прятать, чтобы всё было якобы тип-топ. А в онкологии мы свою статистику вели, у нас был специальный отдел в РНПЦ, и мы следили за каждым больным. И, исходя из конкретных цифр, уже принимали решение, как нам развиваться, что строить, куда двигаться. Может, я не прав, но, как практик, считаю, что так надо делать. Но у нас нет людей, которые способны сказать высокому начальству, что это нужно”,- продолжил профессор