03.02.2011 12:13
Происшествия

Едва в Гомеле оправились от "дела патологоанатомов", наладивших информационный бизнес с ритуальными фирмами, как случился новый виток в этой теме. Сначала - таинственное погребение пожилой гомельчанки в обход родственников, затем - незаконные захоронения на деревенском кладбище в пригороде. Этими делами сейчас занялись правоохранительные органы Гомельской области.

Что ритуальный бизнес овеян не только траурной скорбью, но и жестким деловым подходом — в подробностях открылось не так давно. Гомельские чекисты возбудили уголовное дело в отношении бывшего начальника областного клинического патологоанатомического бюро и заведующего организационно-консультативным отделением того же учреждения. Пройдя все круги кассационных инстанций, обвинительный приговор, вынесенный в прошлом году, вступил в законную силу: три и четыре года лишения свободы в ИК усиленного режима начали свой отсчет. Он же дал возможность обнажить изнанку этого рынка услуг.

Купите… гроб

Некоторое время назад город одна за другой стали потрясать вести, ошеломляющие своей циничностью, пишет газета «Советская Белоруссия».

«Родные еще не знали о смерти близкого человека, находящегося, например, в больнице, как в квартире уже раздавался звонок фирмы с предложением быстрых и недорогих ритуальных услуг», — подробности рассказывали в пресс-группе областного УКГБ.

Картинка складывалась нелегко, но полно. Оказалось, начальник патологоанатомического бюро в 2008 году издал приказ о сотрудничестве с одним из коммерческих предприятий. Все структурные подразделения морга обязаны были информировать работников частной фирмы о каждом теле, поступающем в бюро. Таким способом якобы пытались наладить платные услуги. Сей документ изначально выглядел сомнительным и с юридической, и с этической точки зрения, что сразу же подметила юрист медучреждения. Но услышана не была… Надо понимать, разум и инстинкт самосохранения победила перспективность договора, открывавшая руководству новые возможности. Что и случилось.

По материалам уголовного дела, за каждое сообщение коммерсант платил начальству морга по 50 тыс. рублей. В среднем в месяц набегала денежка за четыре — шесть сообщений. Дальше частник сам трудился над тем, чтобы информацию превратить в реальный заказ: «по горячим следам» звонил родным, предлагал услуги. В общем, опережал конкурентов. Сотрудничество, однако, протекало негладко. Коммерсант был недоволен медлительностью медперсонала и малостью «клиентуры», о чем сигнализировал руководству бюро. То «строило» подчиненных…

А чтобы интерес начальства к сотрудничеству не угас, ритуальщик вскоре поднял ставку за информацию до 100 тыс. рублей. Но долго она не продержалась. Перебил более платежеспособный конкурент, предложивший руководителям морга вдвое больше за тот же объем работы. Партнер сменился… Новый «спонсор» порой диктовал свои условия. За хорошую сумму, например, поставил вопрос о смещении с должности одной из заведующих отделением, не участвовавшей в «осведомительской» работе. Руководству надо отдать должное, увольнять даму не стали. Ей просто популярно объяснили, чем чревато такое поведение, и врач включилась в процесс.

Накопительный счет вознаграждений шел на миллионы. Главную статью нелегального дохода подпитывали малые ручейки. Так, на подработку санитаров, выполнявших частные заказы по подготовке тел к похоронам, начальство согласилось смотреть сквозь пальцы… за 10 тыс. рублей с каждого выполненного заказа.

Фактура уголовного дела шокирует. Но ее, по всей видимости, стоит воспринимать не более чем срез. Осужденные медики пионерами здесь не стали. Они лишь «придали» стройность и организованность тому, что существовало до них, не забыв о себе. Судя по свидетельским показаниям в суде, медперсонал (разумеется, не весь) информацию коммерсантам «сливал» и раньше. Из каких соображений, судить не берусь. Интереснее теперь другое: потеряла ли силу эта информационная составляющая на рынке ритуальных услуг и стал ли он этичнее после громкого процесса?

Погребенные тайно

Недавно на сельском кладбище пригородной деревни Ченки Гомельского района похоронили пожилую гомельчанку. Сын, живущий в другой области, о смерти матери узнал от чужих людей, позвонивших ему на мобильный, лишь спустя неделю после погребения. Примчавшись в Гомель, попытался разобраться. Но безуспешно. Проверкой странного случая сейчас занимается отделение по борьбе с экономическими преступлениями РОВД администрации Советского района Гомеля.

«Выяснилось, что захоронение проводила предприниматель, оказывающая ритуальные услуги. С ее слов, заказ поступил с городского телефона. ИП попросила знакомого взять на покойную нужные справки в морге и ЗАГСе, получить в собесе пособие на погребение в размере 1,305 млн. рублей… Все это он сделал», — поделились в ОБЭП первыми результатами.

В житейском сюжете оперативников многое озадачило. Например, как у совершенно чужого человека оказался паспорт умершей, с которым он нужные справки и собирал. Кстати, получение таких справок посторонним вполне возможно. По законодательству врачебное свидетельство о смерти выдается «родственникам умершего, его соседям, работникам жилищно-эксплуатационных организаций, службы социального обеспечения и другим лицам». Иными словами, даже прохожему — был бы на руках паспорт покойного.

Еще момент: предприниматель провела захоронение на деревенском кладбище без разрешения на то сельского исполкома, то есть незаконно. Почему не на городском, как положено? Да, от Гомеля далековато — около 20 километров. Ченковское всего в пяти. Или все-таки нежелание «светить» сделку? Ведь чтобы захоронить на городских кладбищах, нужно получить разрешение в государственном предприятии — «Гомельском спецкомбинате». А это значит, открыться полностью, в том числе и для налоговой инспекции…

Председатель Ченковского сельисполкома Николай Венгер, рассказывая об этой истории, посетовал — не первый случай:

«По правилам только местных жителей можно хоронить на деревенском кладбище. Для города отведены свои места… Однако осенью заметил, что появились на нашем кладбище свежие могилы, хотя в сельисполком за разрешением никто не обращался. По моим подсчетам, около десяти. Мы уже начали инвентаризацию и написали заявление в районный отдел милиции, чтобы провели проверку».

Журналист издания обзвонила несколько пригородных сельских Советов и выяснила, что не только Ченковское кладбище оказалось в поле интереса нечистых на руку дельцов. В последние годы несанкционированные могилы на деревенских погостах уже не редкость. Причем, если верить слухам, организаторы погребения не ставят родственников в известность о незаконности захоронения. Больше того, берут немалые деньги за «место».

Похороны на грани

В чем природа подобных метаморфоз? Рынок и вправду весьма непростой. Не только в Гомеле, но и в других крупных городах страны. Из кулуарных разговоров, здесь по-прежнему в ходу прокалывание автомобильных шин коллегам, перекупка тел, «откаты», создание информаторской сети. Все потому, что бизнес приносит, извините, нормальный доход. С одной стороны, вполне достойная государственная выплата на погребение и достаточная свобода ценообразования коммерческих услуг. С другой, доступность ниши — работать в этой сфере может любой: достаточно зарегистрироваться предпринимателем.

Сегодня таких в Гомеле, например, более двух десятков. Плюс государственное предприятие «Гомельский спецкомбинат». Конкуренция жесткая. Правила для всех практически одинаковые. Есть заказ — получаешь разрешение спецкомбината на захоронение в черте городских кладбищ, выполняешь социальную миссию. Однако одни разделяют ношу чужого горя, помогая за разумные деньги, другие — на нем зарабатывают, балансируя на грани закона и этики. Быть может, потому что в законодательстве есть немало размытых мест? Взять тот же механизм получения пособия на погребение, обладателем которого может стать даже человек с улицы. Не правильнее ли, когда речь идет о смерти одиноко проживающего, возложить эту миссию на государственные службы, чтобы в принципе исключить криминально-корыстный интерес?

И это лишь один из множества острых вопросов, которые сегодня вызывает рынок ритуальных услуг, настойчиво требуя ответа.

Не пропустите