19.02.2013 16:12
Спорт

Игорь Матушкин и Алексей Торбин подвели предварительные итоги сезона

Генеральный и спортивный директора «Динамо» – Алексей Торбин и Игорь Матушкин — во вторник держали ответ перед журналистами. Боссы белорусского клуба рассказывали о том, почему команда не попала в плей-офф, и еще много чего интересного — от игрового времени Александра Китарова до возможного появления на ТВ программы о «Динамо».

Алексей Торбин: Мы ставили задачу прохождения в плей-офф и преодоления первого раунда. Понимали, что напряжение в западной конференции будет выше, чем в прошлых сезонах. Хотя бы потому, что количество команд увеличилось. По размерам бюджетов мы не проходили в восьмерку. Но рассчитывали на то, что сохранили костяк команды, а также пригласили хороших игроков — Стэплтона, Нискала. В какой-то мере они оправдали себя. Без ошибок тоже не обошлось. Увы, отставка Сикоры подвигла на некоторую корректировку в тренерской подготовке на начальном этапе. Вы знаете, что Кари Хейккиля вскоре покинул клуб, а его эстафету принял Андриевский. События в чемпионате развивались быстро: были и поражения, и красивые победы. Спасибо болельщикам, которые переживали за нас, которые сейчас вместе с нами переживают неудачу. Но такова спортивная жизнь. Если бы нам удалось забросить третью шайбу «Салавату», сейчас бы говорили совсем по-другому.

Игорь Матушкин: Разделил бы сезон на три части. Первая — старт под управлением Хейккиля. Потом — отрезок, когда в командах играли энхаэловцы, это был уже другой чемпионат. Ну и та часть, когда хоккеисты вернулись за океан. К сожалению, первую часть мы провели не так, как планировали. Были там у нас проблемы… Пришлось с Кари расстаться. Приход энхаэловцев — это, в первую очередь, опыт для нас. И опыт позитивный. Игроки — и в первую очередь Ринне и Павелски — дали нам большой импульс для развития. Другие хоккеисты на их примере увидели тот уровень мастерства и подготовки, отношения к себе, к которому надо стремиться. Люди захотели быть на них похожими. У нас даже тренировочный процесс изменился. К сожалению, Кейн не смог у нас раскрыться. Тут проблема в адаптации, и, возможно, не тот был подход к работе. Нам пришлось расстаться.

В заключительной трети чемпионата мы уже играли, как в плей-офф. Постоянно думали: вот, сейчас обыграем главного конкурента, и наши шансы увеличатся. И, в принципе, всех их мы одолели – «Торпедо», «Донбасс», «Лев», «Слован». Но очков в конце нам все равно не хватило. Не смогли выполнить поставленную задачу, и все этим очень расстроены.

— Можно ли назвать приглашение Хейккиля главной трансферной ошибкой сезона?

Матушкин: Скорее всего, да. Эта мысль долго не покидала. Пытались анализировать, понять, почему так произошло. У нас были благие намерения, нам хотелось, чтобы Кари подготовил белорусов к олимпийской квалификации как можно лучше. Это было нашей приоритетной задачей. Надеялись, что он сможет дать белорусам больше игрового времени. На деле получилось не совсем так. Хейккиля ведь отличный специалист, который на деле доказал свою успешность и опыт. Надежды на него были большие, но они не оправдались.

Почему не получилось у Хейккиля? Думаю, это связано с тем, что в предыдущем сезоне он много находился около команды, и, как любой тренер, думал, что он сделал бы иначе. Многие хоккеисты, особенно иностранцы, тянулись к нему за советом или просто пообщаться. Невольно в такой ситуации подумаешь: вот сейчас буду главным, они станут за меня играть. А потом возглавляешь команду, предъявляешь определенные требования, и хоккеисты оказываются не такими уж друзьями. Финн стал заложником этой ситуации. Некоторая самоуверенность не позволила ему найти контакт с командой. В жизни все получалось не так, как предполагалось.

Когда я делал с Хейккиля первое интервью, спросил: «Если что-то не получится и придется расставаться, как это может повлиять на сборную?» Он сказал: «Я профессионал, и это никак не отразится». Увы, на деле все вышло иначе. Для нас случившееся — важный опыт, и прежде всего для меня. Хочется, чтобы и сборная отлично играла, и «Динамо» здорово выступало. Но случается конфликт интересов. Хотя работа Андриевского показывает, что у нас и белорусы много играли и некоторые их них прогрессировали.

— Как оцените отрезок, когда командой руководил Андриевский?

Матушкин: Считаю, что он справился со своей работой хорошо. Команда была управляема, билась до конца. Другой вопрос, дадут ли ему продолжать свою работу? Если бы это зависело только от меня, он бы остался. Андриевский никогда не работал с командой от начала до конца. Никогда ее не готовил. Если бы он возглавлял «Динамо» с тренировочного периода, результат мог бы быть лучше.

Торбин: Андриевский находился в тренерском штабе большое количество времени и приобрел нужный опыт для выхода на новый уровень. На момент назначения исполняющим обязанности и сейчас — это два немного разных специалиста. Один — начинающий, а второй уже достаточно опытный. Это солидный прогресс. Увольнять тренера — не лучший, на мой взгляд, шаг. Это человек, который является носителем опыта в нашей команде и местных условиях.

— Готовы признать ошибкой практику паспортизации канадцев?

Матушкин: Мы не признаем ее. И причем это к результатам регулярного чемпионата?

— Расставание с Лингле не скомпрометировало идею?

Матушкин: Получение тем или иным хоккеистом белорусского паспорта не гарантировало ему выступления за национальную сборную. Такие риски предполагались.

— Какие выводы можно сделать из этого провального сезона…

Матушкин: Таких акцентов я не расставлял. Это очень резкая оценка. Сезон можно было бы считать провальным, если бы мы уже в декабре не бились за плей-офф. Одно дело, когда читаешь критические высказывания, и другое — когда видишь поддержку команды на стадионе, как команда бьется за очки, знаешь, как они даются. Мое мнение: дружина сделала все возможное. Ни к одному из игроков у меня нет претензий в вопросах самоотдачи и желания побеждать. Да, что-то не получилось. Надо это проанализировать и идти дальше. Какие-то позиции усилить, с кем-то расстаться. А от громких выводов я бы воздержался.

Чтобы смотреть в будущее с оптимизмом, нужен более глубокий анализ. Сейчас же мы по окончании регулярного сезона хотели поговорить, послушать ваши мнения и ответить на ваши вопросы. Может быть, сможем извлечь из этого что-то полезное. Сам как бывший спортсмен знаю: сначала чувствуешь горечь поражения, а потом приходит желание взять реванш. Чтобы это сделать, нужно лучше подготовиться, — физически, психологически — учесть ошибки.

— Могли бы вы назвать три причины того, что «Динамо» не вышло в плей-офф?

Торбин: Не могу назвать три. Мы рассуждали на эту тему, и нашли порядка 30 факторов неудачи. Взять тот же календарь: последние матчи мы проводили против «Салавата Юлаева» и «Ак Барса», которые были мотивированы. Перед ними еще стояли турнирные задачи, а наши соперники играли против тех, кто уже был ослаблен. Будь у нас такая ситуация — возможно, мы бы попали в плей-офф. Возможно, где-то сказались ошибки арбитров. Не скажу, что это главный фактор, и судейских ошибок в этом сезоне было меньше. Но они присутствовали и по капельке сказывались.

В конце сезона мы хотели усилиться, как это делали другие клубы. Некоторые подписывали по 3-4 игрока, мы смогли укрепиться только одним. Но это вопрос финансов, которые позволяют или не позволяют это сделать. Четвертый момент: нам нужно было наигрывать хоккеистов национальной сборной. Ради этого мы, возможно, пожертвовали какими-то матчами. Что из них главное — не могу сказать. Это основные факторы. Мы в самом начале видели, что чемпионат будет для нас сложным хотя бы потому, что у нас новый главный тренер.

— Ставка на Ринне во время его пребывание в «Динамо» не является одной из причин неудачи?

Матушкин: В начале сезона наши вратари сыграли неудачно.

Торбин: Во время локаута почти все клубы усиливались энхаэловцами. Мы на тот момент играли крайне тяжело. Вратари нас не выручали — это касается и Лаланда, и Хаугена. Мы проводили переговоры с игроками НХЛ, и Ринне дал согласие на переход. Не скажу, что он плохо сыграл за «Динамо». Вспомните, он вытянул матчи с Ригой, «Барысом», а сколько еще раз его объявляли лучшим игроком? Это тоже дорогого стоит. Его подписание — это хорошая возможность показать зрителям уровень НХЛ.

Матушкин: Не хотелось бы зацикливаться конкретно на определенных фамилиях. Поймите, что не так это просто — приехать в чемпионат, в котором ты не играл, выходить на площадки, на которые не выходил, и отправляться в поездки, в которые ты не ездил. Для энхаэловцев это было как приключение. Всегда нужно время на адаптацию, тренировки, чтобы набрать оптимальную форму. По тому, что Ринне показывал на тренировках, было видно, что это вратарь самого высокого уровня — топ-3 НХЛ. Другой вопрос, что хоккей у нас немного другой. Площадки меньше, бросков больше, добивание, перемещение — специфика вратарская другая. Какое-то время Ринне понадобилось на адаптацию. Может, он прошел ее не до конца. В каких-то матчах финн выручал, в других не смог.

Тут еще один момент. Ари Хилли работал с Ринне по всем вопросам — анализа, физической, психологической подготовки, и тренерский штаб ни на одну игру без его рекомендации вратаря не ставил. Каждый раз задавались вопросы. Например: «Готов ли Пекка физически к матчу?» Ответ был «готов». А потом оказывалось, что он не смог сыграть.

Нас такая ситуация, когда не было взаимопонимания и одинаковой позиции у тренера по вратарям и его воспитанника, не устраивала. В итоге мы расстались. Конечно, не только по этой причине. Но это наша внутренняя кухня, и не хотелось бы углубляться в нее. Все люди — тренеры, игроки — делают ошибки. В том числе и я. Нужно проанализировать их и не повторять.

— Ставка на белорусов в то время, когда командой руководил Андриевский, чьей была инициативой? И продолжится ли это в Кубке Надежды?

Матушкин: Некоторые назвали этот турнир по-другому… Вижу в нем две проблемы. Первая — это спортивная составляющая. В ней я не нахожу никакой надежды, ведь продвижения все равно по итогу не будет. Вторая — регламент лиги, который не позволяет перемещать игроков после 31 января. Сейчас мы можем поднимать хоккеистов только из команды МХЛ, а она борется за выход в плей-офф.

Может быть, кто-то достоин попробовать себя. Мы хотели бы дать шанс некоторым игрокам, которые, возможно, меньше играли в сезоне. Они получат больше времени. Были планы проверить других хоккеистов. Но регламент не позволяет. К тому же, непросто привлечь хоккеистов из других клубов, которые находятся на контрактах в Гродно, Жлобине или «Юности». Как только возникает желание привлечь того или иного хоккеиста, появляется реакция клубов, у которых есть свои задачи. Надо об этом думать: как построить механизм, чтобы можно было безболезненно привлекать молодежь.

Что касается большего доверия белорусам в этом сезоне после прихода Андриевского, то мы с Александром Леонидовичем работаем каждый день, знаем его видение игроков и развития, и это совпадает с политикой клуба. Но все равно исходим из спортивного принципа. И я, и Андриевский хотим, чтобы белорусы играли больше, но спортивный принцип на первом месте.

— Если нет претензий к игрокам, если вырос тренер, то невыход в плей-офф — вина руководства клуба, которому оказалось не по силам создать команду, которая решила бы задачу?

Матушкин: 🙂 Не знаю. Думаю, не наша прерогатива делать такие заключения. Скажу о себе: я честно работал, все отдавал труду. Да, делал ошибки, и не боюсь их озвучить. Может быть, руководство посчитает, что моя работа не была удовлетворительной — уйду в отставку. А представьте: в последнем матче при счете 2:2 мы забросили бы еще раз. И что тогда? Руководство клуба сработало замечательно? Наша вина в невыходе тоже в какой-то степени есть, и мы постоянно в этом разбираемся.

Торбин: Понимаю этот кровожадный вопрос относительно нас. И я, и Игорь Витальевич готовы уйти в отставку, если руководство посчитает нужным и если это пойдет на пользу клубу. Но я вижу, что сила клуба заключается в стабильности. Любой, кто имеет опыт, набил шишки, наступил на грабли, имеет высокую цену. Придет кто-то другой и допустит те же ошибки. Так мы не достигнем результата. Должны понимать, что мы были командой уровня середняка и даже ниже. Постоянно выполнять задачу  попадания в плей-офф очень сложно. Будь мы клубом-лидером с соответствующим бюджетом, вопросов бы не было. Можно было бы говорить «провал», «недоработка». Оценки будет давать наблюдательный совет.

— Участие в Кубке Надежды интересно клубу финансово?

Торбин: За первое место в этом турнире победитель получит, по-моему, 500 тысяч долларов. Хотелось бы, чтобы размер премиальных был выше, чтобы на эту сумму можно было усилиться. Тогда это была бы надежда на следующий сезон. Но 500 тысяч долларов — не та сумма, которая может спасти клуб или помочь серьезно усилить команду. Впрочем, любые деньги отразятся на нашем развитии. Ни одну возможность для заработка мы не должны упускать.

— «Динамо» критикуют за то, что команда не смогла подготовить белорусов к олимпийской квалификации.

Матушкин: Не согласен с такими выводами. Что, белорусы у нас не играли? У Китарова время на льду в среднем 16 минут 59 секунд. Это на 2 секунды меньше, чем у Стэплтона и третий показатель в команде. Есть хоккеисты, которые раньше играли по 8-10 минут, сейчас — по 13-15. Другой вопрос, в какой готовности были исполнители на турнире в Дании. Я считаю, что динамовцы в сборной сыграли достойно. И непопадание сборной в Сочи — в какой-то мере стечение обстоятельств. Понимаю, это поражение очень болезненное. Но надо всем понять, что сейчас сборные Дании, Словении, Франции, Италии примерно одного уровня с нами. А мы живем прошлым, когда заняли четвертое место на Олимпиаде или шестое на чемпионате мира. А ныне другие команды достигли нашего уровня. Если бы белорусы победили в Войенсе, все бы теперь считали, что в нашем хоккее все отлично. Нужно сделать выводы, подумать, правильно ли мы готовим резерв.

«Динамо» – это топовый клуб, хоккей высокого уровня. Откуда мы черпаем свои ресурсы? Это внутренний чемпионат, молодые таланты, пытаемся довести их до нужного уровня. У всех, и у меня тоже есть желание, чтобы игроки играли сразу и хорошо. Но нельзя перепрыгнуть три ступени. Этот процесс не такой быстрый. Мы пытаемся двигать его в правильном направлении. Как видите, у нас и легионерская составляющая постоянно уменьшается. Найти правильный баланс — главная задача. Если он будет нарушен, мы, грубо говоря, станем играть белорусами — кому интересно смотреть на постоянные поражения в этой лиге? С уважением отношусь к белорусским хоккеистам: они будут сражаться, что-то выигрывать, но результат сделать в таком случае сложно. Думаю, все это понимают.

Торбин: Все должны понимать, что государство вложило большие деньги в строительство «Минск-Арены» и сделало это, наверное, не просто так, а чтобы народ сюда ходил, получал здесь какие-то эмоции. Ни одно маркетинговое мероприятие не спасет, если мы станем постоянно уступать. Зрителям нужны победа и интрига. И это является главным фактором посещаемости. Если мы будем уступать, еще вопрос, захотят ли пойти к нам те три-четыре сильных легионера, о которых говорится, захотят ли тренеры руководить таким коллективом.

— Но ведь когда команда была внизу турнирной таблицы, трибуны все равно заполнялись.

Торбин: Да, но одно дело проиграть трижды кряду, а другое — когда больше. И у болельщиков тогда есть надежда на то, что еще много матчей впереди. И у нас все же были спады по посещаемости. Когда команда выступает неудачно, то, согласно мировой практике, потом ее все равно усиливают. Ведь спорт существует для людей, и им нужны победы, эмоции. Когда дружина станет проигрывать много раз подряд со счетом 0:5, 0:6 — кому это надо?

— Рига на последнем месте в КХЛ, сборная Латвии — на Олимпиаде.

Торбин: Давайте не будем обсуждать соседей. Если бы мы удачно сыграли со словенцами, с «Салаватом» и «Ак Барсом», говорили бы сейчас, что у нас все хорошо.

— Кого можете выделить в этом сезоне, кто сыграл ниже своих возможностей?

Матушкин: Не хотел бы останавливаться пофамильно. Те лидеры, что у нас были, себя оправдали. Некоторые хоккеисты не сыграли на ожидаемом уровне. Например, Иргл. Но летом он из-за тяжелой болезни пропустил всю предсезонку. Ему очень сложно было в сезоне. Збынек — очень амбициозный игрок, но чемпионат получился в его исполнении не лучшим. Это связано с его подготовкой. Одно дело дать игрокам больше игрового времени. Но даже перейти с 13 минут на 15-16 — очень большой шаг. Не все готовы к этому. И это мы замечали в матчах, не все могли ровно провести цикл. То есть два матча действовали хорошо, а потом проваливали поединок. Это сказывалось на результате.

В конце сезона мы будем тестировать команду более углубленно и контролировать. Думаю, и игроки не довольны собой. Одно дело хотеть играть больше, а другое — когда тебе дается такой шанс, ты не можешь использовать его эффективно, потому что не хватает сил. Думаю, это отличный опыт для хоккеистов, который они с собой возьмут и постараются по-другому подойти к своей предсезонной подготовке.

— Каралахти был капитаном, но больше всех штрафовался и имеет плохой показатель «+/-».

Матушкин: Йере — это лидер, хоккеист, который играет сердцем. Другой вопрос, что его физическая форма была не на том уровне, что в прошлом году. С этим мы пытались бороться. Но бывают парадоксы, когда хочется сделать лучше, а получается наоборот. Тренировался Каралахти очень серьезно: сбросил вес, на летнем тестировании был лучшим. Нижняя грань аэробной нагрузки у него была — 180. Это очень сильный показатель. Значит, что когда все, грубо говоря, «сдохли», он только разогрелся. Казалось, вот сейчас попрет. А эффект вышел другим.

— Цели на сезон не выполнены, но смены вектора развития, судя по всему, не будет.

Матушкин: Вектор мы выбрали давно и идем этим путем. Другой вопрос, что, если он будет пересмотрен кардинально… считаете, стоит попробовать? Но КХЛ — не лига для того, чтобы пробовать. Здесь нужно делать результат, выигрывать матчи, решать задачи.

— Можете выделить позитивные моменты в деятельности клуба в этом сезоне?

Торбин: Плюс развития клуба заключается в том, что на хоккей в этом сезоне пришло много людей, которые раньше вообще спортом не увлекались. Трибуны наши стали еще более бело-синими. Мы видим влияние и на детско-юношеский хоккей: если раньше тренер ходил по школам и просил детей прийти на тренировки, то теперь уже не хватает в Минске льда для всех желающих. Динамика продаж атрибутики не уменьшается, хотя, казалось бы, реализовано и так много всего. У нас выросло новое поколение болельщиков. Много девушек на хоккее, а раньше ходили одни мужики. В зарабатывании денег также есть плюсы. Но средств всегда будет не хватать, ведь лига развивается, усиливается. Еще будем анализировать, с какими финансами подойдем к следующему сезону. Ну и третий плюс — в том, что мы бились до последней минуты.

— Можно подробнее о цифрах?

Торбин: О них давайте поговорим позже. Ведь сейчас надо думать, как организовывать матчи Кубка Надежды. Не знаем пока, будут ли они бесплатны для болельщиков или только для обладателей абонементов, какие призовые мы выиграем. Еще неизвестно, кто останется из игроков на будущий год. Главное — что динамика развития есть. В том числе в медиа-пространстве. Мы наладили выпуск журнала, сейчас прорабатываем вопрос о том, чтобы стала выходить какая-то программа на одном из белорусских каналов. Появление «Dinamo Mobile», которое мы планировали еще летом, а удалось реализовать только сейчас. Все делается не так просто. Главное, чем я удовлетворен — что и офис, и команда, все, кто помогал клубу, работали вместе, сплоченно.

Следите за новостями так, как вам удобно:

Подпишитесь на новостную ленту Telegraf.by в удобном для вас сервисе и ничего не пропускайте!

Дзен Новости Google Новости Telegram Facebook VK.com OK.ru Пульс