Война через дорогу. Как Турция и РФ договаривались по Сирии

Дело не только в том, что в октябре

5 марта в Кремле президенты России и Турции Владимир Путин и Реджеп Эрдоган все-таки договорились о прекращении огня в сирийской провинции Идлиб. Но война оттуда никуда не денется.

Дело не только в том, что в октябре 2019 года Россия и Турция в Сочи уже договаривались о совместных действиях в Сирии, подписав соответствующий меморандум. Тогда переговоры продолжались те же шесть часов, как и нынешние мартовские в Москве. Но ситуация на северо-западе Сирии слишком чувствительна для обеих стран, пишет Евгений Магда в №5 Журнала Корреспондент. И договоренности стоят на очень зыбкой почве. Потому что у Кремля нет жесткой мотивации их соблюдать.

Россия осенью 2015 года по приглашению президента Сирии Башара Асада начала военное вмешательство в Сирии. Предлог был благовидным — защита законной власти от идеологически разношерстных повстанцев, успешно теснивших правительственные войска с 2012 года. Появление в регионе Исламского государства позволило Кремлю избежать недоуменных вопросов со стороны США, которые на Ближнем Востоке далеко не всегда действуют грациозно. Удары российских самолетов и ракет зачастую были варварскими, но результативными: Асад к концу 2019 года в значительной мере восстановил контроль над территорией Сирии. Приграничная с Турцией сирийская провинция Идлиб стала, по сути, последним оплотом разномастных оппозиционеров.

Турция не только вынужденно принимала сирийских беженцев (по словам Реджепа Эрдогана, их на территории страны 3,7 млн человек), но также зорко следила за недопущением усиления позиций курдов и создания независимого Курдистана. Для этого Анкара не только активно использовала турецкую армию, но и снабжала оружием и снаряжением дружественные ей отряды сирийцев, готовых реализовывать соседские геополитические интересы. Гибридная война — она ведь для всех гибридная.

УДАР И ОТВЕТНЫЙ УДАР

В конце февраля 2020 года в провинции Идлиб в результате авианалета погибли несколько десятков турецких военных. Официально было заявлено, что авиация была сирийская. Но циркулировали обоснованные предположения, что в кабинах сидели не только сирийцы, а их российские союзники.

Ответ Анкары в рамках операции Весенний щит был подчеркнуто асимметричным: преимущественно с помощью ударных БПЛА уничтожены не только сотни сирийских военнослужащих, но и многочисленные объекты военной инфраструктуры. Эрдоган не скрывает своего стремления расширить полосу безопасности и туда вытеснить сирийских беженцев с турецкой территории. Пока же власти Турции открыли беженцам путь в Европейский Союз, который держали закрытым с 2016 года. В Брюсселе такой сценарий никому не понравился, но наглухо закрыть границу с Турцией там пока не рискнули.

Ворота на ЕС Эрдоган открыл сирийским беженцам не только и не столько из гуманизма. Удивительное совпадение: под давлением фактора вынужденных мигрантов в Брюсселе уже стали внимательнее прислушиваться к Анкаре. Хотя военного участия НАТО в конфликте не предвидится.

Да, несмотря на гибель военнослужащих государства — члена НАТО, говорить о перспективах применения статьи 5 Вашингтонского договора, предполагающей коллективную защиту членов Альянса, не приходится: турецкие военные погибли на сирийской территории. При этом политические консультации между Анкарой и штаб-квартирой НАТО были весьма интенсивными.

Показательно, что Анкара не обвиняет Москву в агрессивных действиях в Сирии на официальном уровне, хотя антироссийская риторика мощно звучит в заявлениях экспертов и советников Эрдогана. Такие посылы хороши для внутреннего использования и позволяют в случае необходимости оперативно дистанцироваться от слишком горячих голов. Турецкий президент даже осуществил визит в Москву, предварительно согласовав свои внешнеполитические позиции с Дональдом Трампом. Там Эрдоган договорился с Путиным о прекращении огня в Идлибе, но это не означает, что пламя конфликта в огнедышащей уже несколько лет провинции погасло. В Идлибе с 6 марта наступило неустойчивое перемирие, нарушить которое легко, а восстановить крайне сложно.

Интересно, что Путина некоторые эксперты уже называют заложником политики Асада, ведь уже пять лет на территории Сирии Россия демонстрирует признаки сверхдержавы (в кремлевском понимании). Официальный Дамаск к позиции Москвы прислушивается, но не лишен желания предпринимать самостоятельные действия. У Дамаска есть для Москвы свои козыри — там понимают, насколько России важны авиабаза и порт базирования ее флота в Средиземном море.

ТАКТИКА САЛЯМИ

В Турции отлично осознают свои сильные стороны в противостоянии вокруг Сирии, но не спешат пускать в ход весь арсенал средств давления на Россию. Ничего удивительного — отношения Анкары с коллективным Западом далеко не безоблачны, а даже для локального похода ва-банк нужна мощная поддержка. А сами США усиливать вовлеченность в конфликт на Ближнем Востоке не намерены, да и Европейский Союз не располагает военной силой, независимой от НАТО.

Тогда как турецкая армия и без прямой поддержки союзников вполне боеспособна и располагает не только конкретным опытом, но и весомым мобилизационным ресурсом. Она уже заметно повлияла на ситуацию в Ливии, где лично Эрдоган давал оценки количеству воюющих там бойцов российской ЧВК Вагнер.

И потому у Анкары наиболее вероятной будет тактика салями, то есть отрезание по ломтику от ситуации в свою пользу, серия не слишком громких и резких шагов, которые меняют баланс в свою пользу.

А НАМ ЧТО?

Интересно, что после гибели турецких военнослужащих украинские МИД и Минобороны (еще со старым руководством) выразили Анкаре свою поддержку. Правда, при нынешнем состоянии дел с формированием и публичной защитой национальных интересов Украины рассчитывать на вмешательство в ближневосточные расклады официального Киева не стоит. Важно другое: Украина не должна допустить формирования масштабного геополитического уравнения, в котором ей как слабейшей придется заплатить по векселям старших партнеров.

И, безусловно, нужно внимательнейшим образом изучать опыт боевых действий турецкой армии против реформированных ВС РФ. В том числе и потому, что ВСУ имеют на вооружении те самые турецкие ударные беспилотники, которые использовались Анкарой в рамках операции Весенний щит. Если, конечно, есть кому и зачем это все изучать. Как бы то ни было, но активные военные действия идут между двумя ближайшими и крупнейшими соседями Украины.

Идлибский интерес

Сирия

Заинтересована в максимально быстром восстановлении контроля над мятежной провинцией и подавлении сопротивления правительственным войскам.

Россия

Продемонстрировала военной помощью Башару Асаду свой военно-политический вес в мире, дальнейшее присутствие привычно будет оправдываться борьбой с терроризмом.

Турция

Государство доминирует в регионе, ставит целью не допустить появления независимого Курдистана, пытается уменьшить негативное влияние сирийских беженцев на социально-экономическую ситуацию в стране, но не прочь использовать этот фактор в отношении своих западных соседей.

США

Накануне президентских выборов администрация Дональда Трампа вряд ли рискнет быть излишне воинственной, но в случае необходимости может оказать военно-техническую помощь Турции.

Европейский Союз

Среди комплекса проблем, которые сегодня переживает ЕС, человеческий фактор (беженцы) занимает заметное место. Ключевая задача Брюсселя — не допустить повторения кризиса 2015-2016 годов, способного негативно повлиять на Евросоюз изнутри.

Иран

Традиционно активен в регионе Леванта, но события последних месяцев (уничтожение американскими военными генерала Сулеймани, сбитый вблизи Тегерана украинский пассажирский лайнер, вспышка коронавируса) подталкивают к разумной пассивности.

Израиль

Заинтересован в падении субъектности Сирии для оформления суверенитета над захваченными в 1967 году Голанскими высотами, периодически демонстрирует военное превосходство над арабскими соседями.

Саудовская Аравия

Последовательно заинтересована в падении светской власти в Сирии.

Украина

Не располагает четко артикулированными интересами в Ближневосточном регионе за исключением стремления сохранить его как рынок сбыта сельскохозяйственной продукции. Основной интерес официального Киева — не превратиться в разменную монету для глобальных игроков.